Глаголев, Александр Александрович

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Александр Александрович Глаголев
Professor Alexandr Glagolev.jpg

Рождение:

14 февраля 1872(1872-02-14)

Смерть:

25 ноября 1937(1937-11-25) (65 лет)
Киев, СССР

Похоронен:

Лукьяновское кладбище

Commons-logo.svg Александр Александрович Глаголев на Викискладе

Алекса́ндр Алекса́ндрович Глаго́лев (14 февраля 1872, село Покровское, Тульская губерния — 25 ноября 1937, Киев) — протоиерей, священнослужитель Русской православной церкви, богослов.

Образование и магистерская диссертация[ | ]

Глаголев, А. Ветхозаветное Библейское учение об Ангелах.

Родился в семье священника. Окончил Тульскую духовную семинарию (1894), Киевскую духовную академию (1898) со степенью кандидата богословия. В 1898—1899 — профессорский стипендиат Киевской духовной академии. Магистр богословия (1900; тема диссертации: «Ветхозаветное Библейское учение об Ангелах»). В отзыве профессора А. А. Олесницкого говорилось, что магистерская диссертация Глаголева

представляет собой труд, отличающийся богатством содержания, тщательностью и глубиною исследования всех пунктов ветхозаветной ангеологии, основательным знакомством с библиологическою литературою… и может считаться действительным вкладом в нашу богословскую литературу, не имевшую доселе ни одного серьёзного исследования по ангеологии.

По словам протоиерея Александра Меня,

Глаголев в своей диссертации дал очерк истории ангелологии, а также проанализировал все наименования ангелов в Писании в связи с происхождением терминов сыны Божии, серафимы, херувимы и проч. В работе Глаголева содержится и история библейской демонологии. Автор не мог воспользоваться данными по истории религий Древнего Востока, которырыми располагает современная наука, но высказал ряд ценных соображений, подчас предвосхитив выводы современной библеистики. Раскрытие темы у Глаголева неотделимо от критики спорных гипотез, которые высказывались западными учеными.

Учёный и преподаватель[ | ]

С 1899 — и.д. доцента Киевской духовной академии по кафедре древнееврейского языка и библейской археологии. С 1900 — доцент Киевской духовной академии. С 1906 — экстраординарный профессор Киевской духовной академии (с 1910 — по 2-й кафедре Священного Писания Ветхого Завета). Пользовался авторитетом среди коллег, которые избрали его в сентябре 1907 ректором академии на первых выборах ректора (ранее ректоры назначались, однако в 1906 правом их избрания были наделены советы академий). Однако Святейший Синод не утвердил этого решения совета академии, утверждая, что возглавлять академию должен представитель монашествующего духовенства.

Знал 18 древних и новых языков (в конце жизни, будучи уже пожилым человеком, изучал итальянский язык). Входил в состав Комиссии по научному изданию славянской Библии, участвовал в издании Православной Богословской энциклопедии, публиковал статьи в церковных журналах. Один из авторов комментариев к «Толковой Библии», выходившей под редакцией А. П. Лопухина и его преемников — для этого издания написал комментарии на 3-ю и 4-ю книги Царств, книги Товита, Притчей, Песни Песней, пророков Наума, Аввакума, Софонии, Аггея и на Соборные Послания.

Священник Александр Глаголев и еврейский вопрос[ | ]

В 1905 о. Александр Глаголев противодействовал еврейскому погрому в Киеве. Редактор издания «Русский Глобус» (Чикаго) Геннадий Меш так писал в 2002 об этой деятельности о. Александра:

Жестокой осенью 1905 года зуд погромов и убийств снова выплеснул людей на улицы. В разъярённую человеческую массу в полном облачении с крестом и хоругвями в руках вторгается небольшой крестный ход. Возглавляют его настоятели православных храмов Александр Глаголев и Михаил Едлинский. Через Контрактовую площадь и Гостиный ряд крестный ход направляется к еврейским лавчонкам. Они увещевают толпу не заниматься этим злым, нехристианским делом. Кое-кто узнает своих наставников, снимает шапки. Толпа колеблется, редеет, постепенно расходится. И так было не раз.

В 1909 о. Александр опубликовал работу «Ветхий Завет и его непреходящее значение в христианской церкви», в которой резко критиковал попытки антисемитски настроенных авторов дискредитировать Ветхий Завет. Он был привлечён предварительным следствием по «делу Бейлиса» в качестве эксперта по вопросу об употреблении иудеями человеческой крови. В своей экспертизе заявил, что закон Моисея из Ветхого Завета запрещает пролитие человеческой крови и употребление её в пищу. Талмуд и другие документы иудейских раввинов этот закон не отменяют и не смягчают. Таким образом, экспертиза о. Александра была аргументом в пользу противников версии о ритуальном убийстве.

Пастырская деятельность[ | ]

В 1903 был рукоположен во иерея, с 1914 — протоиерей. По данным Бориса Соколова, во время Великой войны некоторое время служил полковым священником Каргопольского драгунского полка[1].

Служил в киевском храме Николы Доброго. Священник Сергей Сидоров так вспоминал о своей первой встрече с о. Александром в храме Николы Доброго во время гражданской войны:

В храм вошёл небольшого роста священник с длинными прядями волос, слегка согбенный. Его лицо озарял особый свет. Он как бы ушёл в радость молитвы и мира. Я не разглядел сразу черт его лица, но эта радость тихого мира сразу привлекла меня к нему. Священник подходил к ликам святых и просил у них молитвы. Он, кланяясь ликам, как бы брал у них благословение. Я никогда и ни у кого не видел такого яркого восприятия иного мира, как у него. Мне ясно стало, что в храме всё живо, и образа глянули на меня живыми глазами.

После прихода к власти большевиков продолжал служить в храме Николы Доброго. После его закрытия в 1934 служил в храме Николая Набережного. В первой половине 1920-х годов продолжал неофициально читать лекции студентам академии, после ареста в 1923 ректора академии епископа Василия (Богдашевского) фактически исполнял его обязанности. После окончательного прекращения занятий в академии в 1924 преподавал на богословско-пастырских курсах.

В начале 1930-х был выселен из дома, поселился в маленькой комнатке на площадке деревянной лестницы, которая вела на церковную колокольню. В 1931 был арестован по обвинению в принадлежности к «Истинно-православной церкви», в течение полугода находился в заключении в Лукьяновской тюрьме. Внучка о. Александра, Магдалина Алексеевна Глаголева-Пальян вспоминала, что

к дедушке в церковь стекалось множество народа из разных районов города, а также приезжих из других мест. Своим умом, чистотой сердца, любовью ко всем, дедушка привлекал самых различных людей. Многие потом шли к нему домой, невзирая на тесноту помещения и неудобный подход к жилищу. В основном приходили за утешениями, за духовной и материальной помощью. Старожилы Киева, прихожане храма Св. Николая Доброго, Зинаида Дмитриевна Янковская, Федорова Евгения Климентьевна и др. вспоминали, как он утешал страждущих, молился за больных, поддерживал павших духом.

О. Александр и Михаил Булгаков[ | ]

О. Александр Глаголев был хорошим знакомым семьи Булгаковых. Отец писателя, профессор Киевской духовной академии Афанасий Иванович Булгаков был старшим коллегой отца Александра по этому учебному заведению и прихожанином храма Николы Доброго. О. Александр в 1913 венчал Михаила Булгакова и его первую супругу Татьяну Николаевну Лаппа.

Священник Александр Глаголев стал прототипом о. Александра из романа «Белая гвардия». Это единственный персонаж романа, выведенный под собственным именем, причём именно как священник храма Николы Доброго. Именно к отцу Александру за утешением в начале романа приходит Алексей Турбин в тяжёлое для него время, после похорон матери. Священник вступает в беседу с Алексеем:

Уныния допускать нельзя, — конфузливо, но как-то очень убедительно проговорил он. — Большой грех — уныние… Хотя кажется мне, что испытания будут ещё. Как же, как же, большие испытания, — он говорил все увереннее.

В конце романа к Алексею Турбину приходит больной поэт, бывший богоборец, которого к нему как к врачу направил о. Александр.

Последний арест и гибель[ | ]

20 октября 1937 был арестован, обвинён в членстве в «фашистской организации церковников». Был вновь заключён в Лукьяновскую тюрьму. По свидетельству другого заключенного, священника Кондрата Кравченко, о. Александр Глаголев допрашивался 18 раз, причём во время ночных допросов его заставляли часами стоять с запрокинутой головой. 25 ноября 1937 скончался в тюрьме, по официальной версии, «от уремии и сердечной недостаточности».

Похоронен в общей могиле на Лукьяновском кладбище, на котором, спустя много лет, родственники поставили ему памятник — крест с аналоем и евангельским текстом «Блаженны изгнании правды ради».

Семья[ | ]

  • Жена — Зинаида Петровна, урождённая Слесаревская, дочь заведующего библиотекой Киевской духовной академии. Скончалась 9 декабря 1936.
  • Дети — Алексей (19011972; священник, участвовал в спасении евреев в Киеве во время Великой Отечественной войны), Сергей, Варвара.

Мемориальная доска[ | ]

30 января 2002 к столетию протоиерея Алексея Глаголева на стене Киево-Могилянской академии (ул. Волошская, д. 8/5, корп. 5) установлена мемориальная доска, посвященная священникам Александру и Алексею Глаголевым.

Труды[ | ]

Примечания[ | ]

Литература[ | ]

  • Православная энциклопедия. Т. 11. М., 2006. С. 534—535.
  • Записки священника Сергей Сидорова. М., 1999.

Ссылки[ | ]